Итак, предыдущая часть кончилась тем, что мы встретили тётушку-сувенирщицу. Она бойко общалась на пиджин-инглише, спросила, где моя жена, и почти не дожидаясь ответа сообщила, что её муж умер и оставил её с двумя детьми. Звучит печально, конечо, но в таком месте, как Петра слезливых историй вам расскажут с целую книгу, поэтому я не уверовал. Видя, что таким способом звонкой монеты от нас не добиться, тётушка достала обрезок металлической трубы, который оказался импровизированной флейтой, и стала наигрывать мелодию из двух нот.
Когда я всё-таки раскололся дать ей два динара за старания из-за мягкости характера, она потребовала три! Деньги я выдал, но зарёкся в дальнейшем иметь дело с местными вымогателями: пусть обитатели старой Европы делятся своими доходами с бедными, а нас и самых богачами не назовёшь.
Опять зарядка, без неё спина болит постоянно, а с ней – иногда
Когда мы спустились вниз обратно на основную дорогу Петры, нас перехватила местная женщина, и предложила приобрести всё те же монеты, что мы уже видели в замке Шобак, да и тут повсюду. Она проникновенно рассказывала, что нашла монеты в песке, около пещеры неподалёку, где проживает, показав рукой, где именно. К тому времени, впрочем, я проникся недоверием к местным обитателям (см. выше) и потому стал торговаться насмерть. Ниже трёх динаров за монету цену сбить не удалось, а я готов был расстаться едва ли с одним – настолько низко у меня опустилась планка доверия. Женщина пыталась нас задержать, видимо, готовая согласится и на два, но к тому времени я уже разочаровался и оглядываться не стал.
Когда мы вернулись вечером в отель, я вспомнил наконец про историю с монетами, и решил исследовать вопрос. Сначала Саша посмотрел на ибее, где подобные монеты торговцы из Израиля загоняют по 50-100 евро! Вот ведь можно бизнес сделать, казалось бы? Покупаешь в Иордании по 2 динара, продаёшь по 40 евро! Золотая жила!
К счастью, я догадался загуглить как следует, и выяснил вот что. Если в развалинах Петры кто и находит настоящие монеты, их сразу изымают специально обученные люди, чтобы загнать напрямую коллекционерам. В свою очередь, местным недалёким торговцам выдают подделки, которые десятками тысяч поступают из Ливана, Болгарии и других стран. Неспециалисту отличить монеты невозможно, а для эксперта признаки налицо: края слишком ровные, металл слишком мягкий или твёрдый, патина неправильной структуры и цвета, рисунок слишком чёткий и чересчур хорошо сохранился для такой древней монеты (около двух тысяч лет). Как оказалось, в мире антиквариата подделки составляют невероятный процент всех артефактов: так, когда на ибее продают наборы нечищеных монет, подделок там обычно более восьмидесяти процентов. Подсвечники, чаши, колокольчики и прочие предметы быта тоже не избегают этой судьбы: почти всё это фейки, сделанные в этом же регионе, например в Египте.
Так разрешилась эта любопытная детективная история. Если и стоит покупать монеты, то разве что в качестве курьёза, и давать за них не более одного-двух динаров, как я, впрочем, и собирался.
В конце-концов, уже порядком уставшие, мы добрались до того места, которое можно назвать чем-то вроде центра Петры. Как видите, по пути я обзавёлся головным убором. Тут же расположились столовка и ресторан. Саша решил попробовать местной кухни, и взял в столовке ровно столько, сколько был готов съесть, надеясь, что заплатит не слишком много. Вышло 10 динаров! Некисло.
Как оказалось, подобная скромность была ошибкой: позже я загуглил, что столовка работает по принципу шведского стола, и Александр мог набрать жратвы на двоих. Чтож, я пока я пообедал джойлентом, про который задавали вопросы любопытные соседи по столику.
Спят местные там же, где работают
Хотелось приобрести, но вряд ли этот зачотный сувенир выдержал наши последующие переезды, да и тяжёлый
Инфостенды подарены американским народом, ущелье обустроено французами, раскопки ведут швейцарцы. Вопрос тогда, куда идут деньги за входной билет?
Хоть и висят плакаты с предупреждениями туристам, что дети должны быть в школе, а не за столиком с сувенирами, даже трёхлетний пацанёнок продаёт камни. К сожалению, что бы ты не сделал, ему будет только хуже: если ты дашь денег, он так и останется тут, а если не дашь, его вечером поколотят.
В Петре везде очень чисто, туалет не исключение. Самый прикольный туалет, что я в жизни видел, с такой-то красивой стеной!
Коты в Иордании очень дружелюбные, и постоянно лезут пообщаться. У Саши на них аллергия, но не отвяжешься: кот сам залезает на руки.
Обменник круто оформлен купюрами разных стран, есть даже литовские
Около выхода из Петры я решил, что нужно всё-таки прикупить ещё сувениров, и приобрёл пару традиционных арабских платков, как у Ясира Арафата. Слева те, что попроще, а я на фото смотрю те, что покруче – с верблюжьей шерстью. Женский цвет, кстати, традиционно синий и голубой, все другие платки – мужские, по крайней мере так уверял нас продавец. В эпоху глобализации, правда, совершенно непонятно, как покупать такие вещи: всегда можно приобрести то же самое на ибее дешевле. Продавец слёзно клялся, что сделаны платки здесь, в Иордании. Окей, буду утешаться этим.
Неожиданно споро мы добрались до выхода, часам к трём. До заката было ещё далеко, поэтому решили прогуляться по городу, заодно перекусить. Пока шли, нам на голову чуть не свалилась вывеска, к счастью, специально обученные люди нас отогнали подальше.
Буква отвалилась, никто не парится!
К делу выбора общепита мы подошли ответственно, посмотрели с помощью мобильного интернета на Трип Эдвайсоре кабак поприятнее, но не слишком дорогой, и направились к нему. Таковым оказался Beduin’s Bite, который открыл молодой бедуин с братом. Отызывы в целом были положительные, правда когда мы пришли, оказалось, что цены здесь стандартно высокие: нормально поесть обошлось нам почти в десять динаров на брата. Обслуживала нас почему-то девушка азиатской внешности, что для Иордании совсем не характерно. Когда я её порасспросил, выяснилось, что она японка, в Иордании уже больше месяца, и крыша у неё едет основательно оттого, как тут всё не так как там.
Мебель порядком потёртая из-за сильных ветров с песком
Перекусили мы традиционным бедуинским блюдом: рисом с томатно-каким-то соусом и специями. У Саши вверху ещё кусочек курицы валялся. Неплохо, но ничего особенного. Я ещё супа горохового поел, вкусный.
Потом я поинтересовался, где почта – мне надо было выполнить ещё один квест, на что хозяин нам объяснил, что почта давно закрыта, но купить марки и конверт можно в сельпо напротив, а ящик и вовсе недалеко. Открытки, похоже, хранились на улице с начала времён, состояние у них было соответствующее. Я попросил марки в Европу, наклеил их, и лишь после этого понял, что открытка предоплачена в любую страну мира. Несмотря на уплаченную двойную цену, открытка до сих пор не дошла. Ждём-с.
Минималистично
В отель решили идти пешком, всё равно делать нечего. И не зря – нас ждал величественный закат.
Череп с глазками
Такое фото не грех заинстаграмить!
Местное кладбище каменисто, надгробия небольшие и скромные
Кондиционеры отваливаются, но всем по барабану
Поблизости от отеля мы зашли в сельпо, где агрессивный мальчик за прилавком обул нас как следует: взял в два раза больше, чем стоили наши покупки, хотя от усталости и сытного обеда задумались мы об этом, только когда вышли из магаза. Мальчик решил поиздеваться над лошками ещё, и как бонус подарил нам горстку жвачек. Это был один из двух неприятных случаев (первый был с рестораном в Караке), когда остался действительно неприятный осадок, хотя формально нас не грабили, просто слегка надули.
Жвачки, хоть и очень низкокачественные, зато были довольно экзотичными: с корицей, с шалфеем и так далее. Хоть какая-то компенсация.